Внекожное

Он домой приходит и снимает куртку,
И снимает свитер, и снимает майку,
И снимает кожу, и снимает мясо,
И садится кушать - он читает книгу..
Он включает песню, он включает небо, ночью на балконе, а на небе звезды, и он очень голый...
абсолютно голый - и ему не страшно..

И она приходит, а его не видно, и его потрогать ей ужасно сложно,
Его руки - воздух, его тело - воздух, он сидит отдельно, он похож на небо..

Разговор натянут, разговор их сложен,
Но она вдруг видит - на полу есть кожа..
На полу есть мясо, на полу есть майка,
На полу есть свитер, на полу есть куртка..

И она снимает свою куртку тоже, и снимает свитер, и снимает майку, а потом снимает осторожно кожу, и снимает мясо, чтобы голой тоже.

"я такой, как видишь.. ведь теперь ты видишь, ведь теперь ты знаешь, что я был под кожей".

и она все знает : "да, я вижу, слушай, ты большое небо, ты глаза большие, ты устал, я знаю, целый день ты в коже, на работе в коже, под землёй, в метро, в ней ужасно тесно, в ней ужасно душно.. чтобы кто-то понял, надо много слов..
Но теперь ты дома, но не в этих стенах, в смысле чувство дома, там, где дом - покой."

"я стою раздетый, мы с тобою голы, таким голым был я только лишь с тобой.. и теперь попробуй, и теперь потрогай, и скажи на ощупь я на что похож?"

"ты похож на чувство, на большое чувство, будто небо вскрыли - ты душа его..
Будто ты огромный, ты такой огромный,
Ты имеешь смысл, ты такой весомый, но в руках ты лёгкий, как полет у птицы, ощутимый еле, сердцем невесомый..
И тебя лишь чувством я могу измерить".

Он её потрогал, он ей след оставил, тихим днем весенним спали молча два в одеяле неба, два весенних неба, и их кожа молча на полу спала.

"я тебя запомню вот такой навечно, бесконечно голой, я так рад, что ты
мне в ответ разделась, расстегнула кожу, все, что есть сняла, мы теперь такие, что все в мире можем, то, что мне так нужно, ты мне отдала..
не вставай, я скоро, я повешу кожу в тёмный шкаф до завтра, что б её не смять.. завтра снова нужно, этот дом покинуть,
на работу нужно, на автобус, ждать,

торопиться, знаешь, я устал от кожи, если б можно было вдруг её содрать посреди прохожих посреди студентов, продавцов, красоток, пленников метро..
каждый носит кожу, но не каждый может снять её и быть лишь, кем нам быть дано.. иногда я думал, что никто не знает, что под кожей что-то, что под кожей "ты"..
Людям очень страшно, я устал от грязи, от ужасно плоской кожной красоты..

люди судят кожу, люди любят кожу - это есть любовь их, кожаных, пустых..
кожа их красива, их дома нарядны - кожаные люди с чувством пустоты.. человек быть должен с чувством человека, человек не кожа - человек то в ней..

Но скажи, как можно, когда кожа коже говорит, что любит, что это за игры кожаных людей?
ведь любовью можно заниматься только, если ты разделся, точно мы с тобой."
И они лежали, голые, друг в друга проникая молча, точно неба два вдруг в одно сливаясь и рождались в ночь ту бестелесной мысли в них двоих слова.. ведь любовью в коже заниматься пошло, потому что это будто бы игра.. люди прикрывают кожаною ложью то, в чем скрыта суть их, трогая тела.